Arms
 
развернуть
 
420015, г. Казань, ул. Пушкина, д. 72/2
Тел.: (843) 221-64-42, 221-63-98, 221-64-63 (ф.)
vs.tat@sudrf.ru
показать на карте
420015, г. Казань, ул. Пушкина, д. 72/2Тел.: (843) 221-64-42, 221-63-98, 221-64-63 (ф.)vs.tat@sudrf.ru
ФОТОГАЛЕРЕЯ
ПОЛЕЗНЫЕ ССЫЛКИ




Рейтинг@Mail.ru
420015, г. Казань, ул. Пушкина, д. 72/2
тел.: (843) 221-64-42, 221-63-98, 221-64-63 (факс)
Режим работы Верховного
Суда Республики Татарстан
Пн. – Чт.  с 8:00 до 17:00
Пт.  с 8:00 до 16:00
Обед  c 12:00. до 12:45
Режим работы Приёмной (1 этаж каб. 122) 
Пн.– Чт  с 8:30 до 16:00
Пт.  с 8:30 до 15:00
Обед с 12:00 до 12:45
В предпраздничные дни  время приема граждан и выдачи документов сокращается на час.
Телефон информационно-cправочного бюро  (843) 221-64-42, 221-63-98

 
 

 
 
ДОКУМЕНТЫ СУДА
Справка по результатам обобщения причин отмен и изменений в апелляционном порядке решений и определений судов РТ по делам, возникающим из публичных правоотношений, за 2013 год

Обобщение

причин отмен и изменений в апелляционном порядке решений и определений судов Республики Татарстан по делам, возникающим из публичных правоотношений, за 2013 год

 

 

Содержание

 

 

 

1

 

Введение

 

1

 

2

Причины отмены решений судов

 

3

2.1

Нарушение норм процессуального права

3

 

2.1.1

заявление не подлежало рассмотрению в порядке гражданского судопроизводства, поскольку разрешается в ином судебном порядке

 

4

2.1.2

заявление не подлежало рассмотрению в порядке гражданского судопроизводства, поскольку оспаривались акты, не затрагивающие права заявителя

 

10

2.1.3

заявление не подлежало рассмотрению в порядке гражданского судопроизводства, поскольку предъявлено в защиту прав, свобод или законных интересов другого лица государственным органом, органом местного самоуправления, организацией или гражданином, которым настоящим Кодексом или другими федеральными законами не предоставлено такое право

 

14

2.1.4

производство по делу подлежало прекращению ввиду наличия вступившего в законную силу решения суда, принятого по заявлению о том же предмете

 

16

2.1.5

несоблюдение судом требований статьи 249 ГПК РФ

 

18

2.1.6

неправильное применение судом установленных законом сроков для обращения  в суд

 

20

2.1.7

отсутствие мотивировочной части в решении суда

 

21

 

2.1.8

 

неправильное изложение резолютивной части решения суда

 

 

23

2.2

Нарушение норм материального права

 

24

2.3

Несоответствие выводов суда обстоятельствам дела

 

31

2.4

 Недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела

 

32

3

Причины изменений решений

 

36

4

 

Причины отмены определений

39

5

 

Выводы

40

 

 

 

1. Введение

 

 

Выделение в отдельный вид судопроизводства по делам, возникающим из публичных правоотношений, обусловлено не только прямо предусмотренными Гражданским процессуальным кодексом Российской Федерации (далее – ГПК РФ) специфическими особенностями применения  норм процессуального права, но и норм материального права.

Категории дел, отнесенных к делам, возникающим из публичных правоотношений и рассматриваемых судами общей юрисдикции в административном судопроизводстве, определены в статье 245 ГПК РФ - об оспаривании нормативных правовых актов, об оспаривании решений и действий (бездействия) органов государственной власти, органов местного самоуправления, должностных лиц, государственных и муниципальных служащих и др. Предметом судебного разбирательства в данном случае выступает административно-правовой спор, который заключается в том, что лицо в суде отстаивает свою позицию относительно несоответствия акта, решения, действия (бездействия) закону, в то время как государственный орган или должностное лицо, издавшие данные акт, решение или совершившие действие (бездействие), доказывают его законность.

Таким образом, предметом административного судопроизводства является спор о праве, но не о праве гражданском, а о праве публичном, разрешаемый  в специально установленном порядке.

Целью обобщения является установление единообразного применения судьями республики норм материального и процессуального права по делам данной категории, выявление характерных и часто встречающихся ошибок, допущенных районными судами при рассмотрении таких дел в 2013 году, послуживших основаниями для отмен и изменений судебных актов первой инстанции  в апелляционном порядке, а также определение мер по повышению качества рассмотрения указанных дел.

Статистические данные по количеству поступивших по апелляционным жалобам в Верховный Суд Республики Татарстан дел, возникающих из публичных правоотношений, уровню качества их рассмотрения,  приведены в общей справке Верховного Суда Республики Татарстан о причинах отмен и изменений решений и определений судов по гражданским делам в апелляционном порядке.

Между тем эти данные не отражают в полной мере имеющей место в действительности ситуации, поскольку не все гражданские дела, подлежащие разрешению по правилам публично-правового производства, районные суды принимают и рассматривают в порядке главы 25 ГПК РФ.

В пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №2 от 10 февраля 2009 года «О практике рассмотрения судами дел об оспаривании решений, действий (бездействия) органов государственной власти, органов местного самоуправления, должностных лиц, государственных и муниципальных служащих» (далее – Пленум) разъяснялось, что правильное определение судами вида судопроизводства (исковое или по делам, возникающим из публичных правоотношений), в котором подлежат защите права и свободы лиц, несогласных с решением, действием (бездействием) органов государственной власти, местного самоуправления, должностного лица, зависит от характера правоотношений, из которых вытекает требование лица, обратившегося за судебной защитой, а не от избранной им формы обращения в суд.

Анализ судебной практики показал, что заявления прокуроров районов Республики Татарстан, обращающихся в защиту прав неопределенного круга лиц о признании незаконными действий (бездействия) органов государственной власти, местного самоуправления, должностных лиц и возложении обязанности устранить нарушения закона, принимаются и рассматриваются районными судами в порядке искового производства. Однако такие требования должны рассматриваться в порядке, предусмотренном главой 25 ГПК РФ, что согласуется с позицией Верховного Суда Российской Федерации, нашедшей отражение в пункте 13 Постановления Пленума.

В то же время эти допускаемые судами ошибки не являлись причиной отмены или изменения решений судов по процессуальным основаниям в силу части 3 статьи 330 ГПК РФ, согласно которой нарушение или неправильное применение норм процессуального права является основанием для изменения или отмены решения суда первой инстанции, если это нарушение привело или могло привести к принятию неправильного решения.

Тем не менее, основная часть отмен решений судов первой инстанции вызвана причиной нарушения судьями именно норм процессуального права.

 

2. Причины отмены решений

 

2.1. Нарушение норм процессуального права

 

Анализ дел, возникающих из публичных правоотношений, решения по которым отменены судом апелляционной инстанции ввиду нарушения районными судами норм процессуального права, показал,  что  в большинстве случае основанием для отмены решений явилось  рассмотрение дела в отсутствие кого-либо из лиц, участвующих в деле и не извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания (пункт 2 части 4 статьи 330 ГПК РФ).

Как разъяснено в пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 июня 2012 года № 13 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции», вне зависимости от доводов, содержащихся в апелляционных жалобе, представлении, суду апелляционной инстанции при рассмотрении дела следует проверять наличие предусмотренных частью четвертой статьи 330Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации безусловных оснований для отмены судебного постановления суда первой инстанции, а также оснований для прекращения производства по делу или оставления заявления без рассмотрения.

В качестве примера можно привести решение районного суда города Казани от 5 августа 2013 года, которым постановлено отказать в удовлетворении заявления Д. об оспаривании действий судебного пристава-исполнителя.                                         

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан на основании определения от 17 октября 2013 года перешла к рассмотрению данного дела по правилам производства в суде первой инстанции в соответствии с частью 5 статьи 330 ГПК РФ, поскольку  районным судом дело рассмотрено в отсутствии Д., при этом в материалах дела нет сведений о надлежащем его извещении.

Согласно статье 195ГПК РФ решение суда должно быть законным и обоснованным. Законным решение является, когда оно вынесено при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, подлежащего применению к доказываемым правоотношениям.

В результате рассмотрения дела в отсутствие Д., своевременно не извещенного о судебном заседании, было нарушено гарантированное статьей 38ГПК РФ равенство сторон в гражданском судопроизводстве – заявитель был лишен возможности реализовать свои процессуальные права, предусмотренные статьей 35этого Кодекса.

Допущенное судом первой инстанции нарушение нормы процессуального права явилось безусловным основанием к отмене решения.

 

2.1.1   заявление не подлежало рассмотрению в порядке гражданского судопроизводства, поскольку разрешается в ином судебном порядке.

Обобщение показало, что большую сложность  для районных судов представляет вопрос о возможности принятия и рассмотрения заявлений, связанных с делами об административных правонарушениях, в порядке судопроизводства по делам, возникающим из публично-правовых отношений.

Из разъяснений Постановления Пленума (пункт 7) следует, что в порядке главы 25ГПК РФ суды не вправе рассматривать дела об оспаривании следующих решений, действий (бездействия), связанных с применением норм КоАП РФ:

решений, для которых главой 30КоАП РФ установлен порядок их обжалования;

решений, действий (бездействия), в отношении которых КоАП РФ не предусматривает порядка обжалования и которые, являясь неразрывно связанными с конкретным делом об административном правонарушении, не могут быть предметом самостоятельного обжалования (доказательства по делу, которыми являются и протоколы о применении мер обеспечения производства по делу об административном правонарушении).

Однако если производство по делу об административном правонарушении прекращено, то действия, совершенные при осуществлении производства по этому делу, повлекшие за собой нарушение прав и свобод гражданина или организации, создание препятствий к осуществлению ими прав и свобод, незаконное возложение какой-либо обязанности после прекращения производства по делу, могут быть оспорены по правилам главы 25ГПК РФ. В таком же порядке могут быть оспорены действия должностных лиц в случае, когда дело об административном правонарушении не возбуждалось.

Таким образом, применительно к отмеченным действиям и решениям в рамках административного производства (оспаривание доказательств по делу, несогласие с принятыми мерами обеспечения и другие) процессуальный порядок, установленный главой 25ГПК РФ, допустим только в тех случаях, когда по административному делу принято окончательное решение о прекращении производства либо в возбуждении административного производства было отказано.

Анализ судебной практики по делам данной категории показал, что зачастую суды рассматривают по существу в порядке главы 25 ГПК РФ  дела, неразрывно связанные с конкретным делом об административном правонарушении, что влечет отмену вынесенных по ним решений в апелляционном порядке и прекращении производства по делу.

В качестве примера можно привести решение районного суда города Казани от 31 июля 2013 года которым по существу рассмотрено заявление М. об оспаривании действий инспектора ДПС ОГИБДД УМВД по составлению протокола об административном правонарушении. В обоснование заявления М. были приведены доводы о том, что при составлении протокола  ей не были разъяснены должностным лицом права и обязанности, не приобщены заявленные ею ходатайства, схема правонарушения была составлена в ее отсутствие, ею не подписана, что привело к искажению материалов при рассмотрении дела об административном правонарушении в суде.

Согласно статье 220 ГПК РФ суд прекращает производство по делу в случае, если дело не подлежит рассмотрению и разрешению в суде в порядке гражданского судопроизводства по основаниям, предусмотренным пунктом 1 части первой статьи 134 настоящего Кодекса.

В соответствии с пунктом 1 части первой статьи 134 ГПК РФ судья отказывает в принятии искового заявления в случае, в том числе, если заявление не подлежит рассмотрению и разрешению в порядке гражданского судопроизводства, поскольку заявление рассматривается и разрешается в ином судебном порядке.

Руководствуясь данными нормами, судебная коллегия указала, что  оценка законности действий инспектора ДПС ОГИБДД УМВД по составлению протокола и совершению иных действий в рамках расследования дела об административном правонарушении не может быть дана в порядке гражданского судопроизводства, поскольку должна быть предметом рассмотрения суда по правилам административного судопроизводства, следовательно, гражданское дело надлежало прекратить.

Имело место рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства заявлений об оспаривании постановлений судебных приставов-исполнителей по привлечению должников к административной ответственности.

Между тем требование об оспаривании постановления судебного пристава-исполнителя о наложении административного штрафа не может быть рассмотрено в порядке гражданского судопроизводства, так как рассматривается и разрешается в ином судебном порядке, а именно – в порядке, предусмотренном главой 30 КоАП РФ.  

 

Следует привести пример и допускаемой судами ошибки, которая заключается в отказе рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства заявления, связанного с оспариванием действий по делу об административном правонарушении, когда производство по нему прекращено по нереабилитирующим основаниям.

Так, решением районного суда от 22 мая 2013 года постановлено отказать в удовлетворении заявления Ч. об оспаривании действий органа ГИБДД.

Суд первой инстанции сделал вывод о том, что требования Ч. не подлежат рассмотрению в порядке гражданского судопроизводства.

Судебная коллегия не согласилась с такой позицией районного суда, поскольку производство по делу об административном правонарушении, возбужденному в отношении Ч., было прекращено, следовательно, рассмотрение его заявления об оспаривании действий ОГИБДД УМВД, выразившихся в помещении принадлежащего заявителю автомобиля на специализированную стоянку, подлежали рассмотрению по правилам главы 25 ГПК РФ.

 

Выявлены случаи разрешения судами в порядке гражданского судопроизводства вопроса, подлежащего рассмотрению по правилам уголовно-процессуального законодательства. Так, районным судом города Казани 24 октября 2012 года рассмотрено по существу требование К. об исключении автомашины из вещественного доказательства по уголовному делу.

В соответствии с частью 3 статьи 29 УПК РФ суд правомочен в ходе досудебного производства рассматривать жалобы на действия (бездействие) и решения прокурора, следователя, органа дознания и дознавателя в случаях и порядке, которые предусмотрены статьей 125 настоящего Кодекса.

На основании части 1 статьи 125 УПК РФ постановления дознавателя, следователя, руководителя следственного органа об отказе в возбуждении уголовного дела, о прекращении уголовного дела, а равно иные решения и действия (бездействие) дознавателя, следователя, руководителя следственного органа и прокурора, которые способны причинить ущерб конституционным правам и свободам участников уголовного судопроизводства либо затруднить доступ граждан к правосудию, могут быть обжалованы в районный суд по месту производства предварительного расследования.

При этом правом на обжалование в порядке статьи 125  УПК РФ обладают как участники уголовного судопроизводства, так и иные лица, права и законные интересы которых были ущемлены в результате действий или бездействия должностных лиц, ведущих уголовный процесс.

Таким образом, по смыслу названной нормы права, с заявлением в суд в порядке статьи 125 УПК РФ могут обратиться как участники уголовного судопроизводства, так и граждане, чьи права и свободы нарушены.

Судом первой инстанции было установлено, что в рамках уголовного дела по постановлению дознавателя отдела полиции принадлежащий на праве собственности К. автомобиль был признан вещественным доказательством и приобщен к материалам уголовного дела. Законность данных действий проверена судом в порядке гражданского судопроизводства.

С учетом положений статей 220, пункта 1 части 1 статьи 134 ГПК РФ судебная коллегия пришла к выводу о том, что решение районного суда подлежит отмене с прекращением производства по делу в этой части.

 

Под иным порядком судебного разрешения и рассмотрения понимается также порядок, который специально установлен Арбитражным процессуальным кодексомРоссийской  Федерации (далее – АПК РФ).

Как  показало   настоящее   обобщение, продолжают   иметь  место  ошибки, допускаемые судьями в связи с неправильным применением статьи  22ГПК РФ, регулирующей подведомственность гражданских дел судам общей юрисдикции.

Так, в силу части  3 статьи  22ГПК РФ суды рассматривают и разрешают дела, предусмотренные частями 1и 2настоящей статьи, за исключением экономических споров и других дел, отнесенных федеральным закономк ведению арбитражного суда.

Решением городского суда от 21 февраля 2013 года рассмотрено по существу заявление З. об оспаривании постановления судебного пристава – исполнителя.

Из материалов гражданского дела следовало, что исполнительное производство было возбуждено на основании исполнительного документа, выданного Арбитражным судом Республики Татарстан, при этом каких-либо иных исполнительных документов, выданных судами общей юрисдикции в отношении того же должника, оно не содержало.

Согласно части 2 статьи 128 Федерального закона «Об исполнительном производстве» к подведомственности арбитражных судов отнесено рассмотрение заявлений об оспаривании постановлений должностных лиц службы судебных приставов, его действий (бездействия), в случае исполнения исполнительного документа, выданного арбитражным судом.

В пункте 20 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 9 декабря 2002 года № 11 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации», разъяснено, что арбитражным судам подведомственны дела об оспаривании решений и действий (бездействия) судебного пристава-исполнителя по исполнению судебных актов арбитражных судов, а также исполнительных документов иных органов, если заявителем является организация или индивидуальный предприниматель, кроме тех случаев, когда оспариваются решения и действия (бездействие) судебного пристава-исполнителя, связанные с исполнением исполнительного документа, выданного судом общей юрисдикции.

Исходя из вышеприведенных обстоятельств, судебная коллегия пришла к выводу о том, что у суда отсутствовали процессуальные основания для принятия заявления к производству и рассмотрения данного дела по существу, в связи с чем решение суда было отменено по основаниям, предусмотренным пунктом 4 части 1 статьи 330 ГПК РФ.

Другой пример. Решением районного суда города Казани от 14 июня 2013 года разрешено по существу заявление С. об оспаривании действий судебного пристава-исполнителя.

Из материалов дела было видно, что С. является индивидуальным предпринимателем,  в отношении нее возбуждено исполнительное производство на основании исполнительного документа – постановления ИФНС, предметом исполнения является взыскание налога.

Согласно статье 27АПК РФ арбитражному суду подведомственны дела по экономическим спорам и другие дела, связанные с осуществлением предпринимательской и иной экономической деятельности. Арбитражные суды разрешают экономические споры и рассматривают иные дела с участием организаций, являющихся юридическими лицами, граждан, осуществляющих предпринимательскую деятельность без образования юридического лица и имеющих статус индивидуального предпринимателя, приобретенный в установленном законом порядке.

В соответствии с пунктом 2 части 2 статьи 128Федерального закона «Об исполнительном производстве» заявление об оспаривании постановления должностного лица службы судебных приставов, его действий (бездействия) в случае исполнения требований, содержащихся в исполнительных документах, указанных в пунктах 5 и 6 части 1 статьи 12 Федерального закона, в отношении организации или гражданина, осуществляющего предпринимательскую деятельность без образования юридического лица, подается в арбитражный суд.

Как следует из абзаца пятого пункта 13постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 6 и Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации № 8 от 1 июля 1996 года «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», дела с участием граждан, зарегистрированных в качестве индивидуальных предпринимателей, в том числе и связанные с осуществлявшейся ими ранее предпринимательской деятельностью, подведомственны судам общей юрисдикции с момента прекращения действия государственной регистрации гражданина в качестве индивидуального предпринимателя, в частности, в связи с истечением срока действия свидетельства о государственной регистрации, аннулированием государственной регистрации и т.п., за исключением случаев, когда такие дела были приняты к производству арбитражным судом с соблюдением правил о подведомственности до наступления указанных выше обстоятельств.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции С. пояснила, что в настоящее время она является индивидуальным предпринимателем, требование налогового органа о взыскании с нее задолженности вытекает из решения налогового органа, оспоренного ею в арбитражном суде, и связано с осуществлением ею предпринимательской деятельности.

Таким образом, заявление С. не подлежало рассмотрению и разрешению в порядке гражданского судопроизводства, так как разрешается и рассматривается в порядке арбитражного судопроизводства, что в силу пункта 3 статьи 328, абзаца второго статьи 220 ГПК РФ явилось основанием для прекращения производства по делу.

 

Следует также привести пример, когда суды принимают к производству и рассматривают в порядке гражданского публично-правового судопроизводства заявления, не подлежащие такому рассмотрению ввиду неправильного избрания заявителем способа защиты права.

Неоднократно суды рассматривали по существу заявления граждан о восстановлении права на управление транспортным средством, действие которого было прекращено решением суда. 

Между тем в данном случае действует внесудебный порядок реализации вышеназванного права.

Так, статья 28 Федерального закона «О безопасности дорожного движения» предусматривает три основания прекращения действия права на управление транспортными средствами:

истечение установленного срока действия водительского удостоверения;

ухудшение здоровья водителя, препятствующее безопасному управлению транспортными средствами, подтвержденное медицинским заключением;

лишение права на управление транспортными средствами.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 15 декабря 1999 года №1396 утверждены Правила сдачи квалификационных экзаменов и выдачи водительских удостоверений, устанавливающие, в том числе, порядок выдачи водительских удостоверений, получения их взамен утраченных, возврата водительских удостоверений после окончания срока лишения права управления транспортными средствами.

Из положений указанных Правил следует, что после того, как основания прекращения права лица на управление транспортными средствами отпали, подразделениями ГИБДД МВД производится выдача этому лицу водительского удостоверения в установленном порядке.

Таким образом, органом, который уполномочен решать вопрос о восстановлении ранее прекращенного права управления транспортными средствами, является соответствующее подразделение ГИБДД МВД, а не суд.

При этом гражданским процессуальным законодательством предусмотрен судебный способ защиты права лица, нарушенного незаконным отказом указанного государственного органа  в выдаче водительского удостоверения, путем оспаривания в порядке производства по делам, возникающим из публично-правовых отношений.

 

2.1.2   заявление не подлежало рассмотрению в порядке гражданского судопроизводства, поскольку оспаривались акты, не затрагивающие права заявителя.

 

В рассматриваемый период неоднократно имело место такое  основание для отмены решения суда и прекращения производства по делу, как  подача заявителем заявления от своего имени, а не от имени лица, в отношении которого был поставлен вопрос о защите прав и законных интересов.

Часть 1 статьи 3ГПК РФ предоставляет возможность обращения в суд в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, лишь тому лицу, чьи права и интересы нарушаются либо оспариваются.

При этом пункт 1 части 1 статьи 134ГПК РФ обязывает суд отказывать в принятии заявления в случае, когда в нем оспариваются акты, не затрагивающие права, свободы или законные интересы заявителя.

Тем самым гражданское процессуальное законодательство исходит из того, что любому лицу судебная защита гарантируется только при наличии оснований предполагать, что права и свободы, о защите которых просит лицо, ему принадлежат, и при этом указанные права и свободы были нарушены или существует реальная угроза их нарушения.

 В качестве примера нарушения этих правил можно привести решение городского суда от 24 января 2013 года, которым постановлено отказать в удовлетворении заявления Б. об оспаривании решения УФМС по РТ.    

Судом первой инстанции разрешен вопрос о правомерности отказа миграционного органа в выдаче сыну Б.Г.И. - Б.А.Н. разрешения на временное проживание на территории Российской Федерации, а также о наличии либо отсутствии нарушений его прав в регистрации по месту жительства, выдаче паспорта гражданина Российской Федерации, получении соответствующих льгот.

Между тем Б.А.Н., обладающий, как указано в решении суда, дееспособностью и правоспособностью, в суд за восстановлением своих прав не обращался. Заявление Б.Г.И. подано от своего имени, а не от имени Б.А.Н., интересы которого она могла бы представлять при соответствующем оформлении полномочий на это.

Поскольку закон предоставляет право Б.А.Н. инициировать судебное рассмотрение заявления о защите своих прав и законных интересов, а заявление подала Б.Г.И. от своего имени, следовательно, у районного суда изначально отсутствовали основания для принятия такого заявления и разрешения по существу вопроса о правах  Б.А.Н.

Аналогичный пример - рассматривая по существу дело, районный суд исходил из того, что С.Х.К. предъявлено заявление в защиту прав и законных интересов супруги С.Ф.А., гражданки Республики Таджикистан. Судебная коллегия данный вывод суда признала ошибочным, поскольку законодательство не предусматривает право обращения гражданина в суд с заявлением в защиту совершеннолетнего члена семьи без подтверждения соответствующих полномочий.

Иным примером нарушения вышеприведенных норм процессуального права является дело городского суда, которым рассмотрено по существу и удовлетворено заявление Г. к Исполнительному комитету муниципального образования города о признании незаконными действий, выразившихся в отказе согласования публичных мероприятий.

Обращаясь в суд, Г. указала, что является первым секретарем Горкома КПРФ и лицом, уполномоченным выполнять распорядительные функции по проведению публичных мероприятий. В этом качестве она обратилась с заявлением в Исполнительный комитет о проведении публичных мероприятий в виде демонстраций, однако ей было отказано с предложением изменить место их проведения.

Апелляционной инстанцией было установлено, что в спорных правоотношениях в качестве организатора публичного мероприятия участвовал Горком КПРФ, от его имени подавались уведомления о проведении публичных мероприятий, ответы также направлялись Исполнительным комитетом в его адрес. Вместе с тем с заявлением об оспаривании действий Исполнительного комитета данная организация не обращалась.

Обратившись в суд от своего имени, Г. оспаривала решение Исполнительного комитета, принятое в отношении другого лица –Горкома КПРФ. Между тем ее права, как гражданина, оспариваемым решением не затрагивались, законодательством ей также не предоставлено право предъявления заявления в защиту прав другого лица, что в силу пункта 1 части первой статьи 134ГПК РФ являлось основанием для отказа в принятии заявления.

 

Анализ причин отмен решений судов по процессуальным основаниям показал, что наибольшую сложность у районных судов вызывает вопрос об определении того обстоятельства, затрагиваются ли права и свободы заявителей  оспариваемыми ими актами.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в абзаце 3 пункта 17 Постановления Пленума, судья отказывает в принятии заявления, если в заявлении гражданина оспаривается решение, действие (бездействие) органа государственной власти, органа местного самоуправления, должностного лица, государственного или муниципального служащего, очевидно не затрагивающее их права и свободы, тогда как это является необходимым условием проверки решения, действия (бездействия) в порядке, предусмотренной главой 25 ГПК РФ.

В абзаце 6 данного пункта Постановления указано, что если обстоятельства, являющиеся основанием для отказа в принятии заявления, будут установлены после принятии заявления, судья на основании абзаца второго статьи 220 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации прекращает производство по делу.

Между тем судами принимаются к производству и рассматриваются по существу такие заявления.

Так, решением городского суда от 17 января 2013 года рассмотрено по существу заявление Ф. об оспаривании бездействия начальника ОГИБДД УМВД.

Обращаясь в суд, Ф. приводила доводы о том, что начальник ОГИБДД УМВД ненадлежащим образом осуществляет контроль за действиями инспектора ДПС ОГИБДД УМВД. Судебная коллегия, отменяя решение суда первой инстанции и прекращая производство по делу, указала, что бездействие начальника ОГИБДД УМВД, связанное с осуществлением им служебных полномочий по отношению к подчиненным, очевидно не затрагивает прав Ф., тогда как это обстоятельство является необходимым условием проверки действий (бездействия) в порядке, предусмотренном главой 25 ГПК РФ.

Также следует привести ввиду часто допускаемой судами ошибки следующий пример. Решением городского суда от 16 августа 2013 года отказано в удовлетворении заявления О. об оспаривании постановления судебного пристава-исполнителя по исполнительному производству о восстановлении на работе индивидуальным предпринимателем С. работника А.

Между тем судебной коллегией установлено, что О. стороной исполнительного производства не является, полномочий по представлению интересов какой-либо из сторон исполнительного производства у О. не имеется. В спорных правоотношениях с самостоятельными правами, установленными Федеральным законом «Об исполнительном производстве», заявитель не участвует.

Обратившись в суд от своего имени, О. оспаривает постановление судебного пристава-исполнителя, принятое в отношении других лиц, которым не затрагиваются ее права.

Поскольку судом первой инстанции не были применены нормы статей 134 и 220 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, что является существенным нарушением норм процессуального права, решение суда отменно судебной коллегией с прекращением производства по делу.

Районный суд 15 марта 2013 года отказал в удовлетворении заявления Т. об оспаривании действий Исполнительного комитета муниципального образования (далее – ИКМО).

В своем заявлении Т. приводила доводы о том, что ИКМО предоставил в аренду Л. земельный участок, который находится на береговой линии непосредственно перед ее участком, чем были нарушены ее права на благоприятную окружающую среду.

Судебная коллегия пришла к выводу, что заявление Т. о нарушении ее прав носит характер общего суждения, основано на предположении вероятного наступления опасных последствий, конкретными доказательствами наличия причиненного ее правам ущерба не подкрепляется. В материалах дела отсутствовали какие-либо доказательства того, что на спорном участке ведется деятельность, которая может быть потенциально опасной для жизни или здоровья заявителя, либо нанести ей имущественный или иной вред.

Кроме того, право на благоприятную окружающую среду в силу его содержания не может быть привязано к исключительным правам конкретного субъекта, носит всеобщий характер, принадлежит всем и каждому, что позволяет отнести его к категории прав, затрагивающей права и законные интересы неопределенного круга лиц, а также интересов публичных субъектов – муниципального образования, субъекта Российской Федерации и Российской Федерации в целом.

Суд апелляционной инстанции констатировал, что оспариваемыми постановлением и действиями ИКМО очевидно не затрагиваются права Т., доводы о нарушении ее права на благоприятную окружающую среду основаны на неверном толковании закона и предположении о возможности обращения в суд по данному основанию.

 

2.1.3   заявление не подлежало рассмотрению в порядке гражданского судопроизводства, поскольку предъявлено в защиту прав, свобод или законных интересов другого лица государственным органом, органом местного самоуправления, организацией или гражданином, которым настоящим Кодексом или другими федеральными законами не предоставлено такое право.

 

На основании части 1 статьи 220, пункта 1 части 1 статьи 134 ГПК РФ суд должен прекратить производство по делу, если заявление предъявлено в защиту прав, свобод или законных интересов другого лица государственным органом, органом местного самоуправления, организацией или гражданином, которым настоящим Кодексом или другими федеральными законами не предоставлено такое право.

Между тем в 2013 году имело место принятие судами республики к своему производству и рассмотрение по существу в порядке публично-правового судопроизводства гражданских дел по заявлениям лиц, не имеющим права на инициирование судебного разбирательства в целях защиты прав другого лица.

Так, решением городского суда от 21 января 2013 года рассмотрено по существу заявление городского прокурора об оспаривании бездействия судебного пристава-исполнителя по исполнительному производству о взыскании с должника Е. в пользу ООО денежных средств.

В соответствии с пунктом 4 статьи 27, пунктом 3 статьи 35 Федерального закона «О прокуратуре Российской Федерации» прокурор вправе обратиться в суд с заявлением, если этого требует защита прав граждан и охраняемых законом интересов общества и государства, когда нарушены права и свободы значительного  числа граждан, либо в силу иных обстоятельств нарушение приобрело особое общественное значение.

Рассматривая дело по существу, суд первой инстанции исходил из того, что прокурором предъявлено заявление в защиту прав и законных интересов граждан, неопределенного круга лиц Российской Федерации. Судебная коллегия нашла данный вывод районного суда ошибочным, поскольку сторонами спорного исполнительного производства являются взыскатель ООО и должник Е. Оспаривая бездействие судебного пристава-исполнителя, прокурор фактически действует в интересах взыскателя ООО, являющегося коммерческой организацией, однако законодательство не предусматривает право обращения прокурора в суд с заявлением в интересах юридического лица – коммерческой организации.

Еще в качестве примера можно привести решение районного суда от 17 июля 2013 года, которым рассмотрено по существу заявление прокурора района города Казани, обратившегося в суд в интересах гражданина Республики Казахстан К., об обязании органа ГИБДД возвратить транспортное средство. В обоснование требований прокурор привел доводы о том, что прокуратурой района на основании обращения супруги К. проведена проверка по вопросу возврата принадлежащего К. транспортного средства, от управления которым он был отстранен сотрудниками ГИБДД за совершение правонарушения.

Полагая действия по задержанию принадлежащего К. транспортного средства незаконными, прокурор просил суд обязать орган ГИБДД возвратить К. автомобиль.

Рассматривая дело по существу, суд первой инстанции исходил из того, что прокурором предъявлено заявление в защиту прав и законных интересов гражданина Республики Казахстан К., который в связи с проживанием на территории другого государства самостоятельно не может обратиться в суд с заявлением.

В соответствии с частью 1 статьи 45 ГПК РФ прокурор вправе обратиться в суд с заявлением в защиту прав, свобод и законных интересов граждан, неопределенного круга лиц или интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований. Заявление в защиту прав, свобод и законных интересов гражданина может быть подано прокурором только в случае, если гражданин по состоянию здоровья, возрасту, недееспособности и другим уважительным причинам не может сам обратиться в суд.

Судебная коллегия указала, что доказательств невозможности самостоятельного обращения К. в суд за защитой нарушенных прав не представлено, с заявлением в прокуратуру он не обращался.

При указанных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что решение вынесено с существенным нарушением норм процессуального права, и подлежит отмене с прекращением производства по делу.

 

2.1.4   производство по делу подлежало прекращению ввиду наличия вступившего в законную силу решения суда, принятого по заявлению о том же предмете.

 

В отличие от общей нормы, закрепленной в пункте 2 части первой статьи 134ГПК РФ, по делам, возникающим из публичных правоотношений, содержание статьи 248 ГПК РФ препятствует повторному обращению в суд с заявлением, если в отношении его предмета уже состоялось вступившее в законную силу решение суда. 

То есть по данной категории дел для отказа в принятии заявления или прекращения производства по делу не требуется совпадения оснований заявленных требований и тождественности сторон, достаточно тождественности предмета требований. Это объясняется тем, что с учетом особенностей правовой природы указанной категории за судом закреплена возможность - в отличие от искового производства - выйти за пределы оснований и доводов заявленных требований и проверить оспариваемые решения или действия независимо от доводов, приведенных заявителем, на соответствие действующему на день рассмотрения дела законодательству. Тем самым обеспечивается полнота проверки законности оспариваемых решений, действий (бездействия) и устанавливаются дополнительные гарантии права на судебную защиту граждан как слабой стороны в публичных правоотношениях.

Введенное законодателем ограничение на обращение в суд имеет также целью обеспечить стабильность публичных правоотношений и не позволяет неопределенному кругу лиц неоднократно инициировать новое судебное разбирательство дела об оспаривании публичных актов и действий, которые уже были предметом судебной проверки.

Не всегда суды должным образом соблюдают эти положения, и в рассматриваемый период неоднократно имели место случаи отмены апелляционной инстанцией решений районных судов с прекращением производства по делу по данному основанию. 

Например, решением районного суда от 28 мая 2013 года, принятым по заявлению  Б., постановлено признать незаконными действия начальника ФКУ «Исправительная колония №» УФСИН по РТ по отказу в предоставлении защитнику свидания с подзащитным и обязать устранить допущенное нарушение.

При рассмотрении в суде апелляционной инстанции было установлено, что имеется вступивший в законную силу судебный акт, принятый по заявлению другого лица – Б., но которым дана правовая оценка действиям начальника ФКУ «Исправительная колония №» УФСИН по РТ, выразившихся в отказе в предоставлении свидания указанным лицам.

Таким образом, судом вновь давалась оценка действиям должностного лица, в отношении которых уже вынесено судебное решение, и на момент рассмотрения дела судом апелляционной инстанции оно вступило в законную силу.

При таких обстоятельствах производство по делу было прекращено судебной коллегией на основании статьи 248  ГПК РФ, а решение суда –отменено в связи с неправильным применением норм процессуального права.

В качестве другого примера можно привести решение районного суда от 11 октября 2013 года, которым рассмотрено по существу заявление Г. об оспаривании бездействия судебного пристава-исполнителя по исполнительному производству.

В суде апелляционной инстанции было установлено, что вступившим в законную силу решением районного суда от 19 апреля 2013 года уже разрешались требования Г. об оспаривании бездействия судебного пристава-исполнителя по тому же исполнительному производству. Как пояснил суду апелляционной инстанции Г., основания заявленных требований не изменились, инициирование данного гражданского дела было вызвано несогласием с ранее постановленным решением суда, отказавшим ему в их удовлетворении.

Судебная коллегия, отменяя решение суда первой инстанции, указала, что поскольку имелось вступившее в законную силу судебное постановление, принятое по заявлению о том же предмете, суду необходимо было в силу статьи 248  ГПК РФ прекратить производство по делу в указанной части.

 

2.1.5   несоблюдение судом требований статьи 249 ГПК РФ.

 

По общему правилу каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений (статья 56 ГПК РФ). Исключение из этого правила прямо установлены статьей 249 кодекса.

В соответствии с этой нормой обязанность доказывания законности оспариваемых действий (бездействия), решений и обстоятельств, послуживших основанием для их принятия, возложена на орган, чьи действия (бездействие), решения выступают предметом судебной проверки. Такой подход законодателя позволяет обеспечить интересы «слабой стороны» (неравное, подчиненное положение в материальных правоотношениях; отсутствие специальных знаний и навыков).

Таким образом, заявитель не обязан доказывать незаконность оспариваемых решений, действий (бездействия) и освобождается от представления доказательств в подтверждение этого обстоятельства. Вместе с тем он обязан указать в заявлении и доказать факт нарушения своих прав оспариваемым решением или действием.

Необходимо отметить допускаемую районными судами типичную ошибку, заключающуюся в отказе в удовлетворении заявления со ссылкой на то обстоятельство, что заявителем не представлено доказательств незаконности предпринятых в отношении него действий либо допущенного бездействия со стороны государственных и муниципальных органов, должностных лиц.

Например, решением районного суда от 8 февраля 2013 года отказано в удовлетворении заявления В. об оспаривании действий УФМС о выдаче разрешения на временное проживание.

Обращаясь в суд, В. указывал, что решением  миграционного органа ему отказано в выдаче разрешения на временное проживание в Российской Федерации на том основании, что в своем заявлении не указал о его привлечении к административной ответственности, но при проверке сведений такой факт был выявлен.

Заявитель утверждал, что не знал о привлечении к административной ответственности, не подписывал и не получал никаких документов по этому вопросу.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из того, что в ходе проверки достоверности предоставленных иностранным гражданином сведений установлен факт его привлечения к административной ответственности.

Между тем основанием для отказа в данном случае послужил не факт привлечения В. к административной ответственности, а предоставление им заведомо ложных сведений – информации, о недостоверности которой он знал или должен знать, что и составляло предмет доказывания по данному спору.   

С учетом положения части 1 статьи 249 ГПК РФ такие доказательства должны быть представлены миграционным органом. Однако в материалах дела не имелось каких-либо данных, прямо или косвенно подтверждающих, что заявитель знал или должен был знать о привлечении его к административной ответственности.

Таким образом, у суда не имелось оснований считать доказанным факт предоставления В. заведомо ложных сведений при подаче заявления, что повлекло отмену решения суда  с вынесением нового решения об удовлетворении заявленных В. требований.

Следует привести еще один типичный пример неправильного разрешения судом дела ввиду неприменения этой нормы права.

 Районным судом 28 марта 2013 года отказано в удовлетворении заявления  А. об оспаривании бездействия отдела МВД.

В обоснование требований А. указывал, что должностными лицами этого государственного органа ему не был дан ответ на заявление.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении требований А., исходил из того, что заявителю по его обращению направлено уведомление о принятом решении.

Судебная коллегия нашла данный вывод суда ошибочным, так как государственным органом не было представлено доказательств направления корреспонденции адресату. Решение в части отказа в удовлетворении требований А. о признании незаконным бездействия отдела МВД, выразившегося в ненаправлении ответа заявителю, было отменено с удовлетворением заявления в этой части.

В качестве распространенного примера можно привести решение городского суда от 16 января 2013 года, которым отказано в удовлетворении заявления Х. об оспаривании бездействия судебного пристава-исполнителя. Судебной коллегией это решение отменено, поскольку документы, на которые сослался суд, не подтверждают факта совершения судебным приставом-исполнителем исполнительных действий. Должностным лицом не представлено доказательств того, что им своевременно принимались меры по исполнению судебного акта. По делу принято новое решение об удовлетворении заявления.

 

2.1.6   неправильное применение судом установленных законом сроков для обращения  в суд.

 

Статьей 256 ГПК РФ для обращения в суд установлен трехмесячный срок, исчисляемый со дня, когда лицу стало известно о нарушении его прав и свобод. Пропуск трехмесячного срока обращения в суд с заявлением не является для суда основанием для отказа в принятии заявления. Причины пропуска срока выясняются в предварительном судебном заседании или судебном заседании и могут являться основанием для отказа в удовлетворении заявления.

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении№ 452-О-О от 19 июня 2007 года, истечение срока, в пределах которого предоставляется судебная защита лицу, право которого нарушено, является самостоятельным основанием для отказа в иске, исследование иных обстоятельств дела не может повлиять на характер вынесенного судебного решения.

Исходя из положений части 1 статьи 4и части 1 статьи 256ГПК РФ, с учетом разъяснений, содержащихся в пункте24 Постановления Пленума, срок обращения с заявлением в суд следует исчислять с даты, следующей за днем, когда заявителю стало известно о нарушении его прав и свобод, о создании препятствий к осуществлению его прав и свобод, о возложении обязанности или о привлечении к ответственности. Обязанность доказывания этого обстоятельства лежит на заявителе.

При установлении факта пропуска без уважительных причин указанного срока суд, исходя из положений части 6 статьи 152, части 4 статьи 198и части 2 статьи 256ГПК РФ, отказывает в удовлетворении заявления в предварительном судебном заседании или в судебном заседании без исследования иных фактических обстоятельств по делу, указав в мотивировочной части решения только на установление судом данного обстоятельства.

Помимо общего срока, установленного статьей 256 ГПК РФ законодательством предусмотрены специальные сроки оспаривания отдельных решений, действий или бездействия.

Например, частью 3 статьи 441 ГПК РФ установлен специальный срок обжалования постановлений, действий (бездействия) судебных приставов-исполнителей – 10 дней. Пунктом 3 статьи 10 Федерального закона «О беженцах», пунктом 3 статьи 8Федерального закона «О вынужденных переселенцах» для обжалования решения миграционного органа установлен срок в один месяц со дня получения лицом уведомления в письменной форме о принятом решении.

Районными судами зачастую данные положения не учитываются, и заявления лиц, пропустивших срок обращения в суд без уважительных причин, рассматриваются по существу.

Пример. Решением районного суда от 5 февраля 2013 года  удовлетворено заявление М. об оспаривании решения УФМС об отказе в выдаче разрешения на временное проживание.

При рассмотрении дела судебной коллегией установлено, что заявление об оспаривании данного решения предъявлено М. в суд по истечении специального установленного законом срока на его обжалование. При этом заявитель не ссылался на какие-либо обстоятельства, свидетельствующие об уважительности причин пропуска срока, либо позволяющие считать данный срок непропущенным. Однако в данном случае факт пропуска срока суд оставил без внимания.

При таких обстоятельствах решение суда было отменено с вынесением нового решения об отказе в удовлетворении заявления.

Решением районного суда от 28 июня 2013 года постановлено удовлетворить заявление Г. об оспаривании постановления судебного пристава-исполнителя

Рассматривая по существу заявление Г., суд первой инстанции не дал оценку тому обстоятельству, что с заявлением об оспаривании постановления судебного пристава-исполнителя Г. обратился по истечении года со дня его вынесения. Суд не применил нормы части 2 статьи 441 ГПК РФ, статьи 122 Федерального закона «Об исполнительном производстве», устанавливающие десятидневный срок для обжалования постановлений, действий (бездействия) судебного пристава-исполнителя.

С учетом изложенного судебная коллегия обжалуемое решение отменила и приняла новое решение об отказе в удовлетворении заявления Г.

 

2.1.7   отсутствие мотивировочной части в решении суда.

 

В соответствии со статьей 198 ГПК РФ решение должно быть мотивировано. В мотивировочной части решения суда должны быть указаны обстоятельства дела, установленные судом; доказательства, на которых основаны выводы суда об этих обстоятельствах; доводы, по которым суд отвергает те или иные доказательства; законы, которыми руководствовался суд.

Изучение дел показало, что районные суды не всегда выполняют изложенные требования.

Например, городским судом 6 мая 2013 года принято решение по заявлению Т. об оспаривании постановлений судебного пристава-исполнителя.

В мотивировочной части этого решения не были отражены обстоятельства, касающиеся всех требований заявителя, а также не приведены выводы об этих обстоятельствах, как того требует часть 4 статьи 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. При этом в резолютивной части решения в удовлетворении заявления в этой части было отказано.

Поскольку судом был сделан вывод об отказе в удовлетворении заявления в этой части требований без исследования обстоятельств дела, судебная коллегия пришла к выводу, что решение суда в этой части подлежит отмене с вынесением нового решения об удовлетворении заявления.

Решением районного суда от 29 июля 2013 года постановлено признать деятельность ИП Х. противоречащей требованиям действующего законодательства.

По данному делу прокурор района города Казани, действуя в защиту прав и законных  интересов неопределенного круга лиц, обратился в суд с заявлением к ООО о признании деятельности по организации розничного рынка незаконной, обязании запретить эксплуатацию здания розничного рынка до получения разрешения на право организации розничного рынка и размещения лаборатории ветеринарно-санитарной экспертизы.

Судом в качестве ответчика был привлечен ИП Х., однако принятое в отношении него решение о признании всей его  деятельности незаконной в решении суда никак не мотивировано. При этом судебная коллегия установила, что прокурором  заявлены требования таким образом, что он просит запретить эксплуатацию здания розничного рынка до получения разрешения на право организации розничного рынка, между тем индивидуальный предприниматель не может быть организатором розничного рынка, поскольку такое право законодатель предоставляет только юридическим лицам.

 

2.1.8   неправильное изложение резолютивной части решения суда.

 

Согласно части 1 статьи 258 ГПК РФ суд удовлетворяет заявление, если установит, что оспариваемое решение, действие (бездействие) нарушает права и свободы заявителя, а также не соответствует закону или иному нормативному правовому акту.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 28Постановления Пленума следует, что при удовлетворении заявления в резолютивной части решения суда необходимо указать либо на признание незаконным решения (ненормативного правового акта, решения о возложении на заявителя обязанности или решения о привлечении заявителя к ответственности) и в необходимых случаях на принятие в установленный судом срок мер для восстановления в полном объеме нарушенных прав и свобод заявителя или устранения препятствий к их осуществлению; либо на признание незаконным действия (бездействия) и на возложение на орган или должностное лицо обязанности в течение определенного судом срока совершить в отношении заявителя конкретные действия.

Районным судом 26 февраля 2013 года принято решение: отменить постановление судебного пристава – исполнителя.

В нарушение положений статьи 258ГПК РФ и вышеуказанных разъяснений, суд первой инстанции, вместо разрешения вопроса о законности либо незаконности оспариваемого акта, своим решением отменил обжалуемое постановление судебного пристава-исполнителя.

 

Во многих случаях признание незаконным решения органа или должностного лица и его фактическая отмена сами по себе устраняют нарушение прав, возвращая заявителя в положение, существовавшее до обращения в государственный (муниципальный) орган, к должностному лицу. Такая позиция согласуется с вышеприведенным пунктом 28 Постановления Пленума, разъяснившим, что обязанность принять меры для восстановления нарушенных прав возлагается судом не во всех случаях, а лишь в необходимых.

Однако в проверяемый период имели место факты, когда при признании незаконными решения об отказе суд возлагал обязанность на государственный (муниципальный) орган или должностное лицо принять иное решение, в то время как другие основания для отказа лицу проверены при принятии оспариваемого решения не были.

Как правило, судами рассматривается законность отказа по одному из оснований, которое оспаривается заявителем. Суд, установив, что данное основание не могло применяться в рассматриваемом споре, признает отказ незаконным и обязывает принять решение об удовлетворении просьбы заявителя. Однако при этом в судебном заседании не всегда исследуется вопрос о том, имеются ли другие основания для отказа, которые могут быть препятствием для удовлетворения заявления.

Как показывает практика, суды в таких случаях исходят из «презумпции добросовестности» государственного (муниципального) органа, который должен указать в своем решении на все основания отказа. Однако, учитывая специфику  рассмотрения дел, возникающих из публичных правоотношений, которая позволяет суду выйти за пределы оснований и доводов заявленных требований, решение о возложении обязанности совершить юридически значимые действия может быть принято лишь после проверки законности отказа в полном объеме.

В качестве примера можно привести дело городского суда. Обращаясь с заявлением в суд, Ч. просил признать незаконным отказ отдела ГИБДД в выдаче ему водительского удостоверения на управление транспортными средствами и обязать выдать водительское удостоверение категорий «В» и «С».

Восстанавливая нарушенное право заявителя путем признания незаконным принятого решения, судебная коллегия не сочла возможным возложить на отдел ГИБДД обязанность выдать Ч. водительское удостоверение, поскольку из материалов дела не усматривалось, что данным органом исследовался вопрос о соответствии Ч. всем предъявляемым законом для этого требованиям.

 

2.2 Нарушение норм материального права

 

В соответствии с пунктом 4 части 1 статьи 330 ГПК РФ нарушение или неправильное применение норм материального права является основанием для отмены решения суда.

Анализ дел, решения по которым отменены или изменены в 2013 году по данному основанию, показал, что нарушение или неправильное применение норм материального права допускается по всем категориям дел, отнесенных к делам, возникающим из публичных правоотношений.

В данном обобщении приводятся часто повторяющиеся ошибки по наиболее значимым делам.

         Так, в рассматриваемом периоде многократно допускалось судами неправильное применение положений Федерального закона «Об исполнительном производстве», регулирующих вопросы взыскания исполнительского сбора.

Решением городского суда от 31 мая 2013 года отказано в удовлетворении заявления М. о признании незаконным постановления судебного пристава-исполнителя о взыскании исполнительского сбора.

Из материалов дела следовало, что на основании судебного акта обращено взыскание на заложенное М. по договору залога имущество с определением его начальной продажной цены.

Постановлением судебного пристава-исполнителя было возбуждено исполнительное производство, должнику М. установлен 5-дневный срок для добровольного исполнения требований, содержащихся в исполнительном документе.

Оспариваемым постановлением с должника М. взыскан исполнительский сбор в размере 7% от стоимости заложенного имущества.

Отказывая в удовлетворении заявления М., суд первой инстанции исходил из того, что судебный пристав-исполнитель произвел расчет исполнительского сбора исходя из стоимости имущества, на которое обращено взыскание.

С таким выводом судебная коллегия не согласилась, поскольку  реализация заложенного имущества не может быть произведена должником самостоятельно, в добровольном порядке, и самому должнику законом не предоставлено право совершения действий, связанных с реализацией этого имущества. М. должен был осуществить действия, направленные на предоставление имущества для обращения на него взыскания, что и было им сделано по требованию судебного пристава-исполнителя в указанный срок.

Поскольку самостоятельно осуществить действия по обращению взыскания на заложенное имущество М. не мог, судебная коллегия пришла к выводу об отмене решения в связи с неправильным применением норм материального права.

 

Решением районного суда от 9 января 2013 года постановлено отказать в удовлетворении заявления Х. об оспаривании постановления судебного пристава – исполнителя о расчете задолженности по алиментам. Районный суд исходил из того, что оспариваемое постановление судебного пристава-исполнителя было принято в соответствии с законом и в пределах предоставленных ему полномочий.

Между тем судебная коллегия не согласилась с выводом суда ввиду неприменения им положений Федерального закона «Об исполнительном производстве» и ГПК РФ, регулирующих порядок признания и исполнения в Российской Федерации решений иностранных судов. Поскольку в дано случае указанный порядок не был соблюден, судебный пристав – исполнитель незаконно вынес постановление о возбуждении исполнительного производства, следовательно, постановление о расчете задолженности по алиментам также является незаконным.

При таких обстоятельствах требования Х. подлежали удовлетворению.

 

Решением районного суда от 18 сентября 2013 года постановлено отказать в удовлетворении заявления Ж. об оспаривании бездействия судебного пристава-исполнителя.

 В обоснование требований Ж. указывал, что  подал заявление в районный отдел УФССП о снятии наложенных на принадлежащее ему имущество обеспечительных мер, однако в установленные законом сроки ответ ему дан не был.

 Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявления, исходил из установленных обстоятельств того, что на заявление Ж. о снятии запрета на совершение регистрационных действий с квартирой судебным приставом-исполнителем был дан ответ об отсутствии такой возможности в связи с наличием непогашенного долга. 

 Между тем судом не были учтены положения Федерального закона «Об исполнительном производстве», в соответствии с которыми должностное лицо службы судебных приставов рассматривает заявление, ходатайство в десятидневный срок со дня поступления к нему заявления, ходатайства и по результатам рассмотрения выносит постановление об удовлетворении полностью или частично либо об отказе в удовлетворении.

  В данном случае заявление Ж. о снятии запрета на совершение регистрационных действий судебному приставу-исполнителю надлежало рассмотреть в 10-дневный срок путем вынесения соответствующего постановления, что не было сделано.

 На этом основании решение суда об отказе в удовлетворении требования Ж. о признании незаконным бездействия судебного пристава-исполнителя, выразившегося в невынесении постановления по его заявлению о снятии ареста, было отменено с вынесением в этой части нового решения об удовлетворении требования.

 

Решением районного суда от 16 мая 2013 года отказано в удовлетворении заявления Б. об оспаривании действий начальника ФКУ «Исправительная колония №» УФСИН.

В обоснование заявления Б. указывала, что на основании судебного постановления она допущена к участию по уголовному делу в качестве защитника Б., отбывающего наказание в ФКУ ИК УФСИН. Прибыв в это учреждение, она обратилась к начальнику с заявлением о предоставлении свидания с ее подзащитным Б., представив доказательства ее полномочий. Однако начальник отказал в предоставлении свидания с Б.

Разрешая заявленные требования, суд первой инстанции исходил из того, что Б. в подтверждение своих полномочий в качестве защитника не представила доверенность, оформленную надлежащим образом.

Вместе с тем, из резолюции начальника ФКУ ИК УФСИН России по РТ усматривается, что заявителю отказано в свидании в связи с тем, что она является супругой осужденного Б. и не является адвокатом.

При этом суд не учел, что в силу части 2 статьи 49 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в качестве защитников допускаются адвокаты. По определению или постановлению суда в качестве защитника могут быть допущены наряду с адвокатом один из близких родственников обвиняемого или иное лицо, о допуске которого ходатайствует обвиняемый.

Право на получение юридической помощи осужденным гарантируется статьей 12 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации.

Согласно части 4 статьи 89 Кодекса для получения юридической помощи осужденным предоставляются свидания с адвокатами или иными лицами, имеющими право на оказание юридической помощи, без ограничения их числа продолжительностью до четырех часов.

Пунктами 68 и 83 Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденных Приказом Минюста Российской Федерации от 3 ноября 2005 года № 205, определено, что разрешение на свидание дается начальником исправительного учреждения или лицом, его замещающим, по заявлению осужденного либо лица, прибывшего к нему на свидание. При отказе в предоставлении свидания на заявлении желающего встретиться с осужденным делается пометка о причинах отказа. Документами, удостоверяющими личность прибывшего на свидание, а также их родственные связи с осужденными, являются: паспорт, военный билет, удостоверение личности, свидетельство о рождении, свидетельство о браке, документы органов опеки и попечительства.

Количество свиданий осужденного с адвокатом не ограничивается, а продолжительность свидания составляет до 4 часов в период времени от подъема до отбоя. В число свиданий с родственниками, установленных законодательством, такие свидания не засчитываются.

Анализ приведенных норм позволил суду апелляционной инстанции сделать вывод о том, что Б., процессуальный статус которой определен постановлением суда, как «защитник», имеет право на свидание с подзащитным Б. с целью оказания ему юридической помощи на стадии исполнения приговора без ограничения их числа продолжительностью до четырех часов.

Таким образом, отказ начальника ФКУ ИК УФСИН Б. в свидании с подзащитным Б. по вышеуказанным основаниям является незаконным.

Правовой режим свиданий, связанных с получением юридической помощи, требует только наличия заявления и не содержит каких-либо дополнительных ограничений для предоставления осужденному свиданий с защитником. Данное право должно обеспечиваться защитнику наряду с адвокатом на всех стадиях уголовного процесса, в том числе при исполнении приговора, а также для защиты от ущемляющих его права и законные интересы действий и решений органов и учреждений, исполняющих наказание.

В связи с этим, разрешая вопрос о праве заявителя на свидание с осужденным, суд первой инстанции неправильно применил нормы материального права.

 

Решением городского суда от 26 сентября 2013 года удовлетворено заявление Г. и постановлено признать незаконным предостережение и.о. прокурора города в отношении заявителя о недопустимости нарушения требований Федерального закона «О противодействии экстремистской деятельности».

При вынесении решения судом не были применены требования Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности», а также неправильно истолковано содержание  Федерального «О прокуратуре Российской Федерации», поскольку суд указал на невозможность вынесения предостережения в адрес физического лица. Между тем  в целях противодействия экстремистской деятельности законодательно предусмотрена возможность вынесения прокурором предостережения о недопустимости нарушения закона в отношении физических лиц.

 

Решением районного суда от 14 мая 2013 года удовлетворено заявление начальника отдела полиции об установлении административного надзора в отношении Л.

 При вынесении решения судом не учтены положения статьи 79 УК РФ, согласно которым лицо, освобожденное условно-досрочно из мест лишения свободы, признается не отбывшим наказание в виде лишения свободы до момента истечения срока оставшейся неотбытой части наказания.

С учетом того, что в силу части 7 статьи 79 УК РФ при уклонении указанного лица от исполнения обязанностей, возложенных на него судом при условно-досрочном освобождении, а также при совершении им до момента истечения срока оставшейся не отбытой части наказания административного правонарушения или преступления, условно-досрочное освобождение может быть отменено с исполнением оставшейся не отбытой части наказания, административный надзор к данному лицу не может быть применен до истечения срока оставшейся не отбытой части наказания.

Вместе с тем при наличии предусмотренных законом оснований административный надзор в отношении такого лица может быть установлен после истечения срока оставшейся не отбытой части наказания.

Таким образом, на момент принятия решения об установлении административного надзора и административных ограничений в отношении Л. наказание по приговору, в соответствии со статьей 79 УК РФ,  им не отбыто, следовательно, административный надзор до окончания срока условно-досрочного освобождения не мог быть установлен.

С учетом изложенного судебная коллегия решение суда отменила в связи с неправильным применением норм материального права и приняла по делу новое решение, которым отказала в удовлетворении заявления начальника отдела полиции ввиду отсутствия для этого правовых оснований.

 

Решением районного суда от 18 апреля 2013 года удовлетворено заявление Х. и признано незаконным решение УФМС об отказе ему в выдаче вида на жительство в Российской Федерации. На миграционный орган возложена обязанность выдать Х. вид на жительство в Российской Федерации.

Судом установлено, что оспариваемое решение было принято УФМС на том основании, что Х. был дважды привлечен к административной ответственности за нарушение миграционного законодательства, о чем в заявлении о выдаче вида на жительство не сообщил.

Заявитель не отрицал, что ему было известно о привлечении его к административной ответственности, указал на причины такого нарушения, вызванные несвоевременностью подачи документов в миграционный орган, сообщил, что им оплачены штрафы. Действия заявителя были расценены судом как техническая ошибка при составлении заявления.

С таким выводом судебная коллегия не согласилась, поскольку обязанность иностранного гражданина указывать достоверные сведения о себе при подаче документов для получения вида на жительство на территории Российской Федерации прямо предусмотрена положениями статьи 9 Федерального закона «О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации». Неисполнение этой обязанности влечет последствия в виде отказа в выдаче вида на жительство на территории Российской Федерации.

Суд апелляционной инстанции также указал, что не может служить основанием для удовлетворения заявленных требований наличие у заявителя семейных отношений на территории Российской Федерации, поскольку это не освобождает его от необходимости соблюдать законодательство и предоставлять в государственные органы достоверные сведения о себе. Применение судом в данном случае правовых норм в области охраны семьи должно соотноситься с требованиями федерального законодательства в области миграционных отношений. Наличие семейных отношений в Российской Федерации не должно служить основанием для оправдания нарушения иностранным гражданином действующего законодательства. При рассмотрении вопроса о возможном нарушении прав и интересов Х. и его семьи, судом не установлено каких-либо исключительных обстоятельств, способных повлиять на признание незаконным решения УФМС.

 

Решением городского суда от 4 сентября 2013 года отказано в удовлетворении заявления городского прокурора в интересах неопределенного круга лиц к Исполнительному комитету сельского поселения муниципального района о возложении обязанности по разработке проектов организации дорожного движения на автомобильные дороги и улицы.

Отменяя это решение, судебная коллегия руководствовалась следующими положениями закона.

Согласно статье 5 Федерального закона «О безопасности дорожного движения» обеспечение безопасности дорожного движения осуществляется, в том числе, посредством осуществления деятельности по организации дорожного движения.

Часть 1 статьи 21 этого закона предписывает органам местного самоуправления осуществлять мероприятия по организации дорожного движения как комплекса организационно-правовых, организационно-технических мероприятий и распорядительных действий по управлению движением на дорогах, в целях повышения его безопасности и пропускной способности. Часть 2 этой же статьи устанавливает необходимость обязательной разработки и проведения указанных мероприятий на основе проектов, схем и иной документации, утверждаемых в установленном порядке.

Во исполнение данного закона и в целях использования единого подхода по применению положений новых государственных стандартов в области безопасности дорожного движения Министерством внутренних дел РФ и Федеральным дорожным агентством был подготовлен Порядок разработки и утверждения проектов организации дорожного движения на автомобильных дорогах (далее - Порядок).

Заказчиком Порядка для муниципальных автомобильных дорог являются органы исполнительной власти, уполномоченные управлять этими дорогами (п. 1.4 Порядка).

Как установлено судом, проект организации дорожного движения в сельском поселении муниципального района отсутствует.

Отсутствие данного проекта сказывается на безопасности дорожного движения и затрагивает интересы неопределенного круга граждан.

Из норм приведенного выше законодательства следует, что обязанность по разработке проекта организации дорожного движения возложена законом именно на администрацию сельского поселения. Таким образом, районный суд неправильно пришел к выводу о том, что такая обязанность не может быть возложена на сельское поселение ввиду отсутствия норм, напрямую на это указывающих.

 

2.3  Несоответствие выводов суда обстоятельствам дела

 

В качестве примера можно привести решение районного суда города Казани от 17 июня 2013 года, которым признано незаконным постановление судебного пристава-исполнителя о возбуждении исполнительного производства в отношении должника Ц., поскольку в данном случае неправильное разрешение дела повлекло нарушение общеправового принципа справедливости, в соответствии с которым исполнение вступившего в законную силу судебного постановления должно осуществляться на основе соразмерности и пропорциональности, с тем, чтобы был обеспечен баланс прав и законных интересов и взыскателей, и должников. В противном случае безосновательное оспаривание должником предпринятых судебных приставом-исполнителем мер может стать инструментом затягивания реального исполнения судебного акта, что будет противоречить общим целям правосудия.

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции исходил из того, что местом проживания, пребывания должника и местом нахождения его имущества указанный взыскателем адрес не является, и, следовательно, судебным приставом-исполнителем было изначально незаконно возбуждено исполнительное производство, а затем предприняты обеспечительные меры.

Между тем судом не учтены положения Федерального закона «Об исполнительном производстве» в их системном толковании.

Так, правила определения места совершения исполнительных действий и применения мер принудительного исполнения определены в статьях 33, 30Федерального закона «Об исполнительном производстве», согласно которым возбуждение исполнительного производства осуществляется на основании исполнительного документа по заявлению взыскателя, при этом если должником является гражданин, то исполнительные действия совершаются и меры принудительного исполнения применяются судебным приставом-исполнителем по его месту жительства, месту пребывания или месту нахождения его имущества.

Следовательно, взыскателю предоставлено право выбора любого из указанных в изложенном пункте места совершения исполнительных действий.

Взыскатель, воспользовавшись правом выбора места применения исполнительных действий, обратился с заявлением о возбуждении исполнительного производства в РОСП УФССП по РТ, указав известный ему адрес нахождения должника.

Поскольку исполнительный документ соответствовал требованиям, установленным статьей 13Федерального закона «Об исполнительном производстве», был предъявлен взыскателем с соблюдением установленного срока, то судебный пристав-исполнитель не имел предусмотренных законом оснований для отказа в возбуждении исполнительного производства.

Учитывая, что проверить информацию, касающуюся места нахождения должника, возможно только в ходе совершения исполнительных действий, вынесенное судебным приставом постановление о возбуждении исполнительного производства по указанному взыскателем адресу его местонахождения соответствует требованиям Федерального закона«Об исполнительном производстве».

 

Решением городского суда от 21 февраля 2013 года удовлетворено заявление ОАО об оспаривании бездействия судебного пристава-исполнителя М. Судебная коллегия установила, что в производстве этого судебного пристава-исполнителя спорное исполнительное производство не находилось, а в отношении другого должностного лица вопрос заявителем не ставился.

 

2.4  Недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела

 

Предмет доказывания по данной категории дел определяется нормами статьи 258 ГПК РФ, согласно которой суд удовлетворяет заявление, если установит, что оспариваемое решение, действие (бездействие) нарушает права и свободы заявителя, а также не соответствует закону или иному нормативному правовому акту. Суд отказывает в удовлетворении заявления, если установит, что оспариваемое решение или действие принято либо совершено в соответствии с законом в пределах полномочий органа государственной власти, органа местного самоуправления, должностного лица, государственного или муниципального служащего и права либо свободы гражданина не были нарушены.

Также необходимо учитывать положения части 3 статьи 246 ГПК РФ, в соответствии с которой суд не связан основаниями и доводами заявленных требований, что определяет право суда проверить законность оспариваемых решений, действий (бездействия) в полном объеме. 

В случае оспаривания бездействия суд устанавливает, возложена ли правовыми актами на орган или должностное лицо обязанность совершать определенные действия в конкретной ситуации в течение установленного срока либо вопрос о совершении таких действий носит характер целесообразности и находится в пределах административного усмотрения.

Как показал анализ практики, суды часто допускают ошибки при проверке доводов заявлений о законности либо незаконности бездействия государственного (муниципального) органа либо должностного лица.

Можно привести следующие наиболее общие примеры отмен решений судов по данным основаниям.

Решением районного суда от 5 июня 2013 года отказано в удовлетворении заявления Б. об оспаривании бездействия судебного пристава-исполнителя.

Принимая такое решение, районный суд исходил из того, что судебным приставом-исполнителем были вынесены постановления о розыске имущества должника и о наложении ареста на принадлежащие ему денежные средства, находящиеся на счете в банке, о запрете регистрационных действий и задержании транспортных средств, о временном ограничении на выезд из Российской Федерации. Вместе с тем суд первой инстанции не учел, что данные действия произведены существенно за пределами двухмесячного срока, установленного статьей 36 Федерального закона «Об исполнительном производстве». Доводов, подтверждающих законность и обоснованность значительного превышения установленного законом срока исполнения судебного решения суду приведено не было. Судом оценка обстоятельств неосуществления в установленный законом период исполнительных действий дана не была.

Судебная коллегия согласилась с позицией заявителя о том, что имело место бездействие судебного пристава-исполнителя, нарушившее право взыскателя по исполнительному производству на своевременное исполнение  исполнительного документа.

В связи с этими обстоятельствами судебная коллегия пришла к выводу о частичном удовлетворении требований заявителя о признании незаконным бездействия судебного пристава-исполнителя, допущенного им в период после возбуждения исполнительного производства и до начала фактического осуществления исполнительных действий по принудительному исполнению решения суда.

 

Городским судом 24 июля 2013 года рассмотрено заявление Н. об оспаривании бездействия судебного пристава-исполнителя.

Исходя из того, что по исполнительному производству направлялись запросы о наличии у должника денежных средств, доходов и имущества, были приняты меры по установлению фактического нахождения должника, а также с учетом того, что Н. направлена информация с разъяснением о его праве обратиться в компетентные органы с заявлением о розыске должника, суд в удовлетворении заявленных требований Н. отказал. При этом суд указал на отсутствие умысла на нарушение прав Н.

Однако судом не было учтено, что на протяжении длительного периода времени (более года) судебным приставом-исполнителем никаких мер по исполнению требований исполнительного документа не предпринималось.

Судебная коллегия пришла к выводу, что решение суда в части отказа в удовлетворении требований Н. о признании незаконным бездействия судебного пристава-исполнителя в указанный период подлежит отмене с вынесением в этой части нового решения о признании незаконным бездействия судебного пристава-исполнителя.

 

Проведенный анализ также позволил выявить часто повторяющуюся ошибку, допускаемую судами при рассмотрении заявлений должников по исполнительным производствам об оспаривании постановлений судебных приставов-исполнителей по принятию мер обеспечительного характера. При этом суды допускают неправильное определение предпринятых мер, относя их к мерам принудительного исполнения.

Так, в процессе исполнительного производства судебным приставом-исполнителем совершаются исполнительные действия, которые не являются мерами принудительного исполнения, а выступают своего рода обеспечительной мерой, гарантирующей возможность исполнения требований исполнительного документа об имущественном взыскании.

Перечень мер принудительного исполнения перечислен в части 3 статьи 68 Федерального закона «Об исполнительном производстве».

Согласно пункту 7 части 1 статьи 64 Федерального закона «Об исполнительном производстве» в процессе исполнения требований исполнительных документов судебный пристав-исполнитель вправе в целях обеспечения исполнения исполнительного документа накладывать арест на имущество.

Положения пункта 7 части 1 статьи 64, части 3 статьи 68, статьи 80Федерального закона «Об исполнительном производстве» не относят арест имущества должника, наложенный в целях обеспечения исполнения исполнительного документа, в том числе в целях обеспечения сохранности имущества, которое подлежит передаче взыскателю или реализации, к мерам принудительного исполнения.

Законодательство об исполнительном производстве различает два вида ареста: арест как самостоятельная мера принудительного исполнения, применяемая исключительно во исполнение судебного акта об аресте имущества (пункт 5 части 3 статьи 68Федерального закона «Об исполнительном производстве»); арест, накладываемый на имущество должника в целях обеспечения исполнения исполнительного документа, содержащего требования об имущественных взысканиях (статья 80Федерального закона «Об исполнительном производстве»).

Таким образом, в качестве самостоятельной меры принудительного исполнения арест имущества может выступать лишь в случае, если исполнительное производство возбуждено на основании судебного акта об аресте имущества.

Из смысла и содержания статей 69, 80Федерального закона «Об исполнительном производстве» следует, что арест имущества (и мера запретительного характера), как мера обеспечения исполнения исполнительного документа, не является частью обращения взыскания на имущество. Данная мера не преследует цели реализации имущества, а направлена на принуждение должника фактически погасить задолженность по исполнительному документу, и не позволяет реализовать принадлежащее ему имущество в целях защиты прав взыскателя.

Часть 1 статьи 80Федерального закона «Об исполнительном производстве», закрепляющая право судебного пристава-исполнителя в целях обеспечения исполнения исполнительного документа, содержащего требования об имущественных взысканиях, в том числе и в течение срока, установленного для добровольного исполнения должником содержащихся в исполнительном документе требований, наложить арест на имущество должника, содержит прямое указание на то, что при этом судебный пристав-исполнитель вправе не применять правила очередности обращения взыскания на имущество должника.

Решением   районного    суда     от   13 февраля 2013 года постановлено удовлетворить заявление В. об оспаривании постановлений судебного пристава-исполнителя о запрете регистрационных действий в отношении объектов недвижимого имущества.

Вывод суда о незаконности оспариваемых постановлений был основан на том, что статьей 68 Федерального закона «Об исполнительном производстве» и исполнительным документом не предусмотрена такая мера принудительного исполнения, как запрет регистрационных действий в отношении объектов недвижимого имущества. Суд принял во внимание довод заявителя о невозможности обращения взыскания на жилой дом, который является единственным местом жительства для нее и ее малолетнего ребенка, а также на земельный участок, на котором расположен этот жилой дом.

Между тем судом не учтено, что оспариваемые постановления о запрете регистрационных действий вынесены с целью обеспечения исполнения исполнительного документа в соответствии со статьями 64 и 80 Федерального закона «Об исполнительном производстве».

Судебная коллегия указала, что в данном случае запрет регистрационных действий носит обеспечительный характер и представляет собой запрет отчуждения имущества, а не обращение взыскания на имущество, следовательно, положения статьи 446 ГПК РФ применены судом неверно. Оспариваемые постановления не ограничивают прав должника на владение и пользование своим имуществом, не нарушают его жилищных прав и гарантируют сохранение права собственности должника на жилой дом и земельный участок.

 

3. Причины изменений решений

 

         Как показало проведенное обобщение, подавляющее большинство изменений решений судов первой инстанции в рассматриваемый период имело место по делам об установлении административного надзора за лицами, освобожденными из мест лишения свободы, и касалось срока, на который он был установлен.

Так, решением районного суда от 4 октября 2012 года постановлено установить административный надзор в отношении К. сроком на 6 лет.

Судебная коллегия пришла к выводу, что районный суд правомерно исходил из того, что К. подпадает под действие части 2 статьи 3 Федерального закона «Об административном надзоре за лицами, освобожденными из мест лишения свободы» (далее – Федеральный закон). Вместе с тем при установлении шестилетнего срока административного надзора, суд не принял во внимание следующие обстоятельства.

Как следует из положений статьи 3 Федерального закона, административный надзор может устанавливаться в отношении лица, имеющего непогашенную либо неснятую судимость. В соответствии с частью шестой статьи 86  УК РФ погашение или снятие судимости аннулирует все правовые последствия, связанные с судимостью. По смыслу вышеуказанных норм, с учетом положений статьи 5 Федерального закона, административный надзор не может осуществляться за пределами срока погашения судимости.

Поскольку срок для погашения судимости по правилам части третьей статьи 86 УК РФ исчисляется со дня отбытия наказания, а в силу пункта 1 части 3 статьи 5 Федерального закона срок административного надзора исчисляется со дня постановки на учет в органе внутренних дел по избранному месту жительства или пребывания, установленный судом шестилетний срок административного надзора выходит за пределы срока погашения судимости.

Исходя из изложенного, решение суда в части установления срока административного надзора изменено в связи с неправильным применением судом вышеприведенных норм материального права.

 

Решением районного суда от 30 октября 2012 года установлен административный надзор в отношении И. сроком на 5 лет 1 месяц 18 дней (всего до срока погашения судимости 18 декабря 2017 года).

Устанавливая И. административный надзор на основании положений пункта 2 части 1 статьи 5 Федерального закона, исходя из наличия непогашенной судимости за совершение особо тяжкого преступления, суд первой инстанции правомерно исходил из того, что срок административного надзора должен составлять восемь лет за вычетом срока, истекшего после отбытия наказания.

Однако при установлении срока административного надзора до срока погашения судимости 18 декабря 2017 года из расчета восьми лет со дня отбытия наказания, то есть с 18 декабря 2009 года, судом не было учтено то обстоятельство, что судимость И. будет считаться погашенной 17 декабря 2017 года. 18 декабря 2017 года И. будет считаться несудимым.

Таким образом, установление судом административного надзора сроком на 5 лет 1 месяц 18 дней (всего до срока погашения судимости 18 декабря 2017 года), определенное без учета момента вступления данного решения в законную силу, может привести к тому, что указанный срок выйдет за пределы срока для погашения судимости. 

Как указала судебная коллегия, при расчете срока административного надзора суд допустил ошибку, установив административный надзор за пределами срока, установленного законодательством для погашения судимости, и без учета срока вступления решения в законную силу.

Также судебная коллегия пришла к выводу, что судом первой инстанции при назначении административного ограничения в виде запрета находиться вне жилого или иного помещения, являющегося местом жительства либо пребывания, с 22 часов до 6 часов утра, не было должным образом исследовано то обстоятельство, что И. трудоустроен в качестве водителя, и что его работа может выходить за пределы указанного времени.

Время суток, определяемое для установления данного ограничения, необходимо было указывать с учетом конкретных обстоятельств, в том числе режима рабочего времени поднадзорного лица, характеризующих его личность сведений, поведения, семейного положения, обстоятельств совершенного им преступного деяния (деяний). Устанавливаемые судом ограничения должны применяться только при их необходимости, непосредственно для решения целей и задач административного надзора, предусмотренных статьей 2 Федерального закона, отвечать требованиям профилактического воздействия, способствовать исключению возможности совершения новых правонарушений.

 

В качестве примера, не связанного с применением положений Федерального закона «Об административном надзоре за лицами, освобожденными из мест лишения свободы», можно привести решение районного суда от 19 июня 2013 года, которым постановлено признать незаконным постановление судебного пристава-исполнителя в части, превышающей исполнительский сбор в сумме 20 757 824,06 рублей.

Судебная коллегия пришла к выводу, что отсутствие в постановлении о взыскании исполнительского сбора указания на солидарность его взыскания существенно нарушает права сторон исполнительного производства.

Согласно пункту 5.6 Методических рекомендацийпо порядку взыскания исполнительского сбора, в случае установления судом солидарной обязанности должников кредитор, в соответствии со статьей 323Гражданского кодекса Российской Федерации, вправе требовать исполнения как от всех должников совместно, так и от любого из них в отдельности, как полностью, так и в части долга. Солидарные должники остаются обязанными до тех пор, пока обязательство не будет исполнено полностью. Учитывая, что исполнительский сбор по исполнительному документу не должен превышать 7% от суммы взыскания по исполнительному документу и взыскивается один раз, при солидарной ответственности должников судебному приставу-исполнителю следует выносить постановление о солидарном взыскании исполнительского сбора в размере 7% от суммы долга (без деления суммы долга на части, доли и т.п.) в отношении каждого из солидарных должников. При этом порядок взыскания исполнительского сбора аналогичен порядку взыскания по исполнительным документам в отношении солидарных должников.

Оспариваемое постановление о взыскании исполнительского сбора указания на солидарность взыскания исполнительского сбора не содержит. Суду следовало признать недействительным постановление судебного пристава-исполнителя о взыскании исполнительского сбора не только в части неправильного указания суммы исполнительского сбора, но и в части отсутствия указания на солидарность взыскания исполнительского сбора.

В данном случае судебный пристав-исполнитель должен  был руководствоваться самим понятием о солидарности обязательства, установленным ГК РФ, а также исполнительным документом, в котором указано на солидарность взыскания. Иное предполагает взыскание суммы исполнительского сбора с каждого из должников в размере 7% от подлежащей взысканию суммы, что нарушает как права должников, так и взыскателя.

 

4. Причины отмен определений судов

 

В общей справке Верховного Суда Республики Татарстан о причинах отмен и изменений решений и определений судов по гражданским делам в апелляционном порядке дан развернутый анализ оснований, по которым в 2013 году отменены принятые районными судами акты в форме определений, в том числе и по делам, возникающим из публичных правоотношений.

В соответствии с частью 1 статьи 246 ГПК РФ  дела, возникающие из публичных правоотношений, рассматриваются и разрешаются по общим правилам искового производства с особенностями, установленными настоящей главой.

Таким образом, процессуальные нормы, регламентирующие форму и содержание искового заявления, порядок его предъявления в суд и принятия к производству, проведение подготовки дела к судебному разбирательству, в полной мере распространяются и на заявления по делам, возникающим из публично-правовых отношений, с теми особенностями, которые установлены специальными нормами. Поэтому исковое заявление (заявление) по всем указанным категориям дел в первую очередь должно соответствовать по форме и содержанию требованиям, предусмотренным статьями 131, 132 ГПК РФ.

По данной категории дел, как и по делам искового производства, судами принимались определения об оставлении заявлений без движения, о возвращении заявлений, отказе в принятии к производству суда, прекращении производства по делу, имели место вопросы подсудности.

Допускаемые судами ошибки при вынесении указанных определений имеют общий характер независимо от вида судопроизводства, они подробно изучены и приведены в общей справке Верховного Суда Республики Татарстан с предложением путей их исправления.

Особенности по делам, возникающим из публичных правоотношений, в отличие от искового производства, состоящие в специфике применения положений части 1 статьи 134 ГПК РФ, раскрыты в пунктах 2.1.1, 2.1.2, 2.1.3, 2.1.4 настоящего обобщения.

 

5. Выводы.

 

Результаты данного обобщения показали, что районными судами Республики Татарстан при рассмотрении дел, возникающих из публичных правоотношений, не всегда правильно применяются нормы материального и процессуального права.

Выявленные ошибки при рассмотрении дел данной категории повлияли на качество осуществления судебного контроля за деятельностью государственных (муниципальных) органов и должностных лиц.

В качестве предложений по улучшению качества  постановляемых   судебных актов по гражданским делам необходимо продолжать профессиональную подготовку судей, тщательно и постоянно изучать судебную практику, анализировать на учебных занятиях судей допущенные ошибки, причины отмены и изменения судебных решений, более углубленно подходить к толкованию норм материального и процессуального законодательства.

 

Судебная коллегия по административным делам

Верховного Суда Республики Татарстан                                         

опубликовано 17.09.2014 14:10 (МСК)

 

 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 









 
 
 
 
 
 
 






 
 
 
 

@   2017  Верховный Суд Республики Татарстан
 
ПОЛЕЗНЫЕ ССЫЛКИ




Рейтинг@Mail.ru
420015, г. Казань, ул. Пушкина, д. 72/2
тел.: (843) 221-64-42, 221-63-98, 221-64-63 (факс)
Режим работы Верховного
Суда Республики Татарстан
Пн. – Чт.  с 8:00 до 17:00
Пт.  с 8:00 до 16:00
Обед  c 12:00. до 12:45
Режим работы Приёмной (1 этаж каб. 122) 
Пн.– Чт  с 8:30 до 16:00
Пт.  с 8:30 до 15:00
Обед с 12:00 до 12:45
В предпраздничные дни  время приема граждан и выдачи документов сокращается на час.
Телефон информационно-cправочного бюро  (843) 221-64-42, 221-63-98